nocrop.jpgО развитии проектов особой экономической зоны "Иваново", импортозамещении и планах на будущее


– Юрий Сергеевич, каково сегодня положение текстильной промышленности в непростых экономических условиях?

– В целом можно сказать, что эта отрасль в Ивановской области окрепла. Наше предприятие, например, за последние пять лет увеличило объемы выручки в два раза, мы ежегодно вкладываем средства в модернизацию производства и открытие новых направлений. За последнюю пятилетку инвестиции превысили два миллиарда рублей.

На площадке особой экономической зоны "Иваново" в Родниках открылось несколько новых предприятий, в том числе "Унтекс" – крупнейшая в России фабрика по производству трикотажных тканей. Все они активно развиваются и заявляют о дальнейшем росте.



– В сентябре 2021 года впервые в истории региона создана особая экономическая зона (ОЭЗ) промышленного типа "Иваново", объединившая территории под новые производства в Родниках и Иванове. Пришлось решать немало инфраструктурных вопросов?

– Одной из ключевых проблем для индустриального парка "Родники", которая не решалась на протяжении нескольких лет, было расширение мощности газораспределительной станции, то есть обеспечение резидентов дополнительным объемом топлива. Мы пытались сдвинуть ситуацию с мертвой точки с самого начала деятельности, еще в 2011 году: писали письма, проводили совещания, я ездил в "Газпром" от имени области, но ничего не менялось.

Мы не могли привлекать крупных резидентов, потому что не было возможности обеспечить их газом. Мы благодарны губернатору Станиславу Сергеевичу Воскресенскому за то, что он лично решил эту проблему. На сегодняшний момент это позволило увеличить мощности в два раза. Без прокладки газопровода новые резиденты – "Унтекс", "Райтекс" и другие – просто не начали бы строиться.

Будущая проблема в Родниках – станция очистки промышленных стоков. Мы уже выходим на предельные мощности, и губернатор принял решение вкладывать средства в расширение локальной очистной станции для того, чтобы старые резиденты могли увеличить свое производство и приходили новые инвесторы.

Сейчас идет работа над подготовкой проекта. Сами мы построить станцию не можем: это достаточно дорогой инфраструктурный проект. Во всех ОЭЗ они реализуются за счет государства, инвестиционных бюджетных кредитов, когда федералы предоставляют регионам деньги на развитие инфраструктуры на 30 лет под 3%. В расширение локальной очистной станции будет инвестировано 200-300 млн рублей.



– Сейчас активно говорится об импортозамещении, многие связи оборвались, предприятиям приходится перестраивать логистику. Насколько успешно ведется эта работа?

– В феврале-марте мы, безусловно, испытали большой стресс. Ряд европейских поставщиков химии нам не просто отказали, но и не хотели возвращать предоплату. Поэтому первые два месяца нас немного лихорадило, но на сегодняшний момент все поставки из Европы мы заместили. Сейчас красители и химия заменены на аналоги из Юго-Восточной Азии, в некоторых случаях с небольшим снижением качества, а в некоторых – с серьезной экономией средств. Например, огнезащитную пропитку мы теперь покупаем в два раза дешевле, чем раньше.

Но это не совсем импортозамещение. К сожалению, большое количество химии, которую мы используем, не производится на территории России, но от Европы и США мы уже не зависим. Выяснилось также, что под европейским брендом нам порой поставлялся продукт, который мы сейчас покупаем напрямую из Китая.
Европейские красители и химия для текстильной отрасли заменены на аналоги из Юго-Восточной Азии.

Сейчас много поставок осуществляется по железной дороге, с морским транспортом есть сложности, но это технические проблемы. Всё решаемо. Стало несколько дороже и дольше, но мы перестроились, и сейчас это критически не влияет на производство. Просто теперь заказываем химию не за две недели, как раньше, а за два-три месяца.



– Какие зарубежные контакты сохранились?

– Мы продолжаем инвестиционные проекты: строительство прядильной фабрики, начали в этом году комплексную модернизацию отделочного производства в Родниках. Во втором случае еще до февраля были подписаны контракты с европейскими поставщиками оборудования, которые отказались от их реализации.

Мы решили переключиться на турецких и индийских производителей и сэкономили кучу денег, но по качеству техники пока сказать сложно. Надеюсь, она окажется не хуже. Поставки будут осуществляться с января по апрель 2023 года. После установки и запуска линий можно будет делать первые выводы.

По прядильной фабрике ситуация гораздо сложнее. Одна из швейцарских компаний не только отказалась поставлять оборудование, но и длительное время не хотела возвращать предоплату. В сентябре средства, наконец, вернули, и сейчас мы выбираем китайское оборудование для прядения. Надеюсь, что решим задачу к следующему году.



– Каковы планы на ближайшее будущее?

– Мы строим их исходя из того, что критических коллапсов в экономике не возникнет. Закрывать инвестпроекты пока не планируем. В следующем году надеемся на комплексную модернизацию комбината "Самтекс" в Иванове.

Так как мы не можем повлиять на события, которые сейчас происходят в мире, нам остается делать то, что мы умеем, то, что должны, и просто реагировать на изменения ситуации.



– Насколько сейчас изменился инвестклимат в регионе?

– Инвестклимат зависит от двух вещей – базиса и надстройки. Базис – это экономические условия. Чтобы в Ивановской области появлялись инвесторы, в регионе должны быть не просто хорошие условия, а лучше, чем предлагают другие. Я ответственно заявляю: на сегодняшний момент размещать производства в Ивановской области интереснее и выгоднее, чем у основных ее конкурентов.

Почему? У нас есть ОЭЗ, которая дает льготу по налогам, у нас есть своя генерация внутри ОЭЗ, обеспечивающая резидентов дешевой энергией и дешевым теплом. У нас есть локальная очистная станция для "грязных" производств внутри ОЭЗ, позволяющая сэкономить огромную кучу денег каждому инвестору.

Надстройка – это активность той команды, которая привлекает инвесторов. В нее входят губернатор, его заместители и помощники плюс Агентство по привлечению инвестиций и Управляющая компания особой экономической зоны. Я оцениваю работу этой группы очень хорошо. ОЭЗ мы создали в ноябре, в декабре стали появляться первые резиденты.

На сегодняшний день их уже семь, и это достаточно крупные компании, которые начали строительство или уже построились: "Профессионал", Натали", в Родниках – "Унтекс", "Суртекс", "Неоакустик", "Родники-текстиль" и "Биотекс". Все они получили сертификаты, на подходе – еще пара резидентов. Часть из них уже работает, часть занимается разработкой проекта.



– Какие риски для российского легпрома сейчас остаются?

– Очень основательную и долгосрочную стратегию поддержки своей легкой промышленности проводит Узбекистан. В 2012 году они начали субсидирование экспорта пряжи, которое привело к ликвидации практически всей прядильной отрасли в России, когда себестоимость нашей пряжи стала выше, чем стоимость готовой из Узбекистана. Они построили огромное количество прядильных предприятий и перерабатывают практически весь свой хлопок. Наше государство на тот момент это проигнорировало и потеряло прядение.

Сейчас Узбекистан принял решение о таком же субсидировании экспорта суровой ткани. Если мы снова не отреагируем на эти вызовы, то высока вероятность дальнейшего закрытия большинства ткацких предприятий в России. Если Узбекистан начнет субсидирование готовой продукции – ткани и изделий, то у нас всё закроется.

И это проблема не регионального, а федерального уровня, она требует серьезной финансовой поддержки отрасли.



– Насколько вероятен сценарий с переносом наших производств, например, в Узбекистан?

– Для кого-то из текстильщиков, наверное, это подходящий вариант. Но в этом случае Ивановская область потеряет рабочие места, огромное количество денег и налоги. Это неприемлемо, потому что у нас очень широкий ассортимент, мы производим большое количество самых разных тканей, а управлять в Узбекистане таким процессом – задача практически невыполнимая.

Мы в любом случае остаемся в России, остаемся в Ивановской области.


Беседовала Яна РОДИНА